Контрибуции, дани и пр
Завоеватель здесь уже не так безучастно относится к размерам туземного производства, как в тех случаях, когда он просто грабит туземцев или отбирает у них сокровища в актах фиктивного обмена. Обложение данью или контрибуцией фактически представляет попытку принудить туземцев к длительному, постоянному расширению производства. В этом смысле оно является связующим звеном между теми экстенсивными формами эксплоатации, о которых была речь выше, и более интенсивными формами, развитие которых завершается непосредственным принуждением к прибавочному труду (разработка рудников, плантаторское хозяйство). В некоторых случаях контрибуции имели эпизодическое значение, применялись просто как грабительская уловка. Так, значительная часть сокровищ Перу была выменена как «выкуп» за Атагуальпу, что не избавило его от обращения в христианство и от задушения рукою испанцев. В других случаях дань принимала форму оброка продуктами и служила переходной ступенью к барщинному труду туземного населения. Так было с эпохи крестовых походов в Леванте, где итальянские колонизаторские компании развились в прототип всех позднейших колонизационных компаний; так было на Молуккских островах, на Малакке и в других местах южной Азии; так было в центральной Америке. Наконец, система даней становится одним из постоянных устоев и в новейшем европейском управлении такими колониями, как Индостан или Египет.
Вот некоторые данные, достаточно иллюстрирующие значение этого метода перемещения богатств в Европу. Поместья, полученные в Перу испанскими офицерами, приносили ежегодно по 150—200 тысяч песет. Фамилия Кортеца получила в качестве маркизства долину Оахака с населением в 18.000 душ, обложенным ежегодной данью в 60.000 дукатов—цифры, которые делают как нельзя более ясным и простым конквистадорское мнимое «стремление к неизвестному». Не менее прибыльно было и мирное управление колониями. Так, губернаторы португальской колонии Мозамбик, назначавшиеся на 3 года, выручали за это время до 30.000 крусадо (дукатов). Чиновники голландской ост-индской компании после 3—4-летней деятельности возвращались в Европу с состояниями, выражавшимися в переводе на современные деньги в сотнях тысяч рублей, ост-индский губернатор Валь-кенир, занимавший эту должность всего 4 года, привез до 5 миллионов гульденов (около 4 милл. рублей) и т. д.
Этот источник дохода настолько переплетался с другими, что отграничение его возможно лишь в исключительных случаях.