В дальнейшем исследования ученых доказали, что история перехода от лохмотьев к богатству была действительно легендой. Человек, который добивался успеха, как правило, не был ни иммигрантом, ни сыном бедных родителей, ни выходцем из фермерской семьи; он не начинал свою карьеру подростком и не проходил «школу пинков». Ознакомление с биографиями трехсот руководителей текстильных, сталелитейных и железнодорожных компаний, работавших в 70-х годах прошлого века, показало, что в основном они были потомками коренных жителей Новой Англии. У иммигранта было очень мало шансов добиться успеха: он обычно попадал в самую гущу зарождавшегося рабочего класса, и жизнь, полная лишений, могла лишь сделать его абсолютно безразличным к официальным россказням об успехе. (далее…)

Фактически спенсеровский вариант социал-дарвинизма был разработан еще за несколько лет до «Происхождения видов» Дарвина — главным образом в «Социальной статике» Спенсера, опубликованной в 1851 г. То была смесь пуританской этики и мальтузианства, проповедовавшая довольно странные представления о свободе и теорию о том, что в борьбе за существование выживают только самые приспособленные. Отсюда появились принципы «божественного» происхождения, отражавшие не что иное, как элементарную социальную справедливость. (далее…)

В 90-х годах началась утечка золота из страны. Кризис 1893 г. ухудшил дело, так как золотые запасы сократились ниже установленного законом предела в 100 млн. долл. Правительство обратилось к Моргану за помощью в получении золота на сумму 50 млн. долл., он бросился к Стиллмэну, который добыл из заграничных источников золота на 20 млн. долл. Утечка золота все еще продолжалась, и нависала угроза прекращения обмена банк-нот па золотые монеты. Было ясно, что необходимо выпустить облигации, но правительство должно было уступить Моргану и принять его условия. Он организовал синдикат для размещения облигаций на сумму 65 млн. долл., согласившись контролировать курс иностранной валюты для того, чтобы сдержать отлив золота. (далее…)

В 1889 г. Морган решил, что необходимо лучше координировать работу западных дорог. С этой целью он созвал в своем доме совещание владельцев дорог. Морган явно добивался установления твердой структуры тарифов в рамках нового закона о торговле между штатами. Некоторые магнаты, особенно Джей Гулд, возражали против прямых попыток Моргана диктовать им свои условия. Морган же настаивал на том, что необходимо покончить с неуправляемой конкуренцией и ввести в составы правлений всех железных дорог своих людей. (далее…)

Флегматичный Морган тем не менее продолжал свою деятельность. В то время большинство его коллег были весьма невысокого мнения о нем, и их едва ли можно винить в том, что они не могли предвидеть его будущее. Морган не вызывал у них большого доверия, хотя он не без пользы для себя посещал биржу и обретал вкус к власти. Излишне говорить, что его взаимоотношения с Дж. С. Морганом из Лондона были весьма полезными, особенно когда англичане начали проявлять большой интерес к капитало-вложениям в Америке. Английские вкладчики приобрели через Дж. С. Моргана облигации компании «Эри» на сумму 4 млн. долл., а сам Дж. П. Морган помог продать облигации железной дороги «Канзас пасифик» на сумму 6,5 млп. долл. (далее…)

Джон Д. Рокфеллер мог уйти в тень, но Роджерс и Арчболд всегда были на месте. Сам Роджерс и не отказывался от того, что он был промышленным пиратом: ему нравилась борьба и он любил рисковать. А почему бы и нет, если судьба обычно благоволила ему? Поступки Арчболда резко дисгармонировали с его религиозными убеждениями, по крайней мере в глазах посторонних. Он давал взятки, «скромно» отказывался отвечать на вопросы в суде, ссылаясь на «совет адвоката», и даже уничтожал бухгал-терские книги и документы всякий раз, когда они могли стать помехой. Арчболд был главным толкачем и раздавальщиком взяток в компании «Стандард ойл». Через занимавшего важный пост своего приспешника он проворачивал дела в Вашингтоне. Многие конгрессмены получили взятки от «Стандард ойл». (далее…)

Война против нефтяного треста расширялась, и в 1888 г. сенат штата Ныо-Йорк приказал провести расследование. Находясь на скамье свидетелей, Рокфеллер был исключительно вежлив. Он признал, что контролирует три четверти всей нефтяной промышленности, по отрицал, что это означает монополию. Он клялся в том, что не был связан с «Саут импрувмент», ничего не знал о скидках и всегда справедливо относился к конкурентам. Поскольку не было прямых улик — не было и доказательств вины. (далее…)

Излишне говорить, что высшие руководители «Стандард ойл» выражали почтение обеим политическим партиям, преподнося им во время избирательных кампаний должным образом оцениваемые пожертвования. Рокфеллер давал республиканцам, а Пейн — демократам. Таким образом охватывались «обе стороны улицы». Когда Пейн захотел, чтобы его отец представлял в сенате конгресса США штат Огайо, оказалось, что это не так уж трудно сделать. И все же некоторые промышленники еще были в состоянии нанести серьезный ущерб толстокожей «Стандард ойл». (далее…)

Конечно, мелкие нефтепереработчики и нефтепромысловики болезненно реагировали на все это. Рокфеллера грубо поносили, что, однако, его нисколько не волновало. Он неумолимо осуществлял свой план. Монополия должна прийти к тем, кто ее ищет, так как в экономике свободного предпринимательства она означает именно тот вид власти, которого Рокфеллер решил добиться. Флаглеровская «Саут импрувмент компани» открыла отделения в Филадельфии, Питтсбурге и Нью-Йорке. (далее…)

Джон Д. Рокфеллер и его друзья настойчиво и неуклонно формировали нефтяной бизнес в единое целое. Излюбленным приемом была тайно проводимая скидка па железнодорожные перевозки и преимущественное пользование вагонами-цистернами. Конечно, не Рокфеллер придумал такую своеобразную лазейку, но как самый крупный в этой отрасли промышленности грузоотправитель, он мог требовать, чтобы скидка не предоставлялась его конкурентам, превращая ее таким образом в грозное оружие промышленной войны. К 70-м годам бизнес Рокфеллера в Кливленде вырос в крупное предприятие. (далее…)

Трещина, существовавшая в отношениях между Фриком и Карнеги, все больше расширялась. Фрик безразлично относился к мании величия Карнеги, а последний завидовал растущему авторитету Фрика в мире бизнеса. Окончательный разрыв произошел после ссоры из-за цены на кокс, поставляемый сталелитейным заводам. Рыночная стоимость тонны кокса составляла 3,5 долл., Карнеги же хотел, чтобы его сталелитейные заводы платили коксовой компании Фрика не более 1,35 долл. за тонну. Карнеги применил свой любимый прием: опорочить жертву за ее спиной. (далее…)

Теперь быть выставленным за дверь пришла пора тестя Тома Карнеги — Уильяма Колемэна. А ведь именно он надоумил Эндрю Карнеги заняться чугунолитейным делом. И в этом случае Карнеги применил свой излюбленный прием: создал трения, и негодующий Колемэп ушел, взяв за свою долю 400 тыс. долл., хотя ее действительная стоимость, несомненно, была значительно выше. Карнеги не давал больше того, что, как он считал, составляло стоимость по бухгалтерским книгам. При этом он не желал учитывать способность капитала приносить доход. (далее…)

Кризис 1873 г. задел каждого, но Карнеги знал, как держаться подальше от своих кредиторов и в то же время настойчиво и без поблажки требовать у должников уплаты долга. Кломэн попал в затруднительное положение с некоторыми вкладами и для того, чтобы не потерять свою долю в предприятиях Карнеги, вынужден был передать ее последнему па сохранение. Карпеги помог Кломэну расплатиться с долгами, а когда шторм затих, то отказался вернуть ему его долю участия в своих предприятиях. Теперь и второй человек был выведен из дела.
Намечалось строительство нового сталеплавильного завода, но прежний хозяин Карнеги Дж. Эдгар Томсон выражал недовольство тем, что завод располагался слишком близко от железной дороги «Балтимор энд Огайо». (далее…)

Будучи вкладчиком компании Пульмана, Карнеги уговорил своих бывших хозяев из Пенсильванской железной дороги предоставить Пульману исключительные права на использование спальных вагонов. Поверив ему на слово, Томсон и Скотт одолжили железной дороге «Юнион пасифик» 600 тыс. долл., взяв в качестве обеспечения акций этой дороги на сумму несколько миллионов долларов. Такая операция повысила биржевые цены на акции «Юнион пасифик», предоставив Карнеги, Пульману и Скотту возможность продать свои собственные акции «Юнион пасифик». (далее…)

Тем временем Карнеги, стремясь расширить свой кругозор, с жадностью хищника набросился на чтение книг, часто появлялся в музеях и концертных залах. Его методы ведения бизнеса были прямыми и откровенными: он получает заказ на строительство моста. «Юнион айрон миллз» поставляет металл, а затем выпускаются облигации для финансирования строительства. Доходы шли от производства чугуна, строительства мостов и комиссионных за облигаций. (далее…)